Джанни Инфантино, возглавляющий ФИФА с 2016 года, оказался в эпицентре самого сокрушительного шторма за всю свою карьеру. То, что начиналось как амбициозный финансовый маневр, обернулось полномасштабным бунтом внутри футбольной семьи. Причиной раскола стала инициатива руководства создать дочернюю структуру FIFA Forward Enterprise (FFE) с астрономическим капиталом в 20 миллиардов долларов. План предполагал продажу четверти доли этой компании внешним инвесторам за 4,2 миллиарда долларов, но именно эта сделка стала детонатором для глобального конфликта.
Реакция последовала незамедлительно и оказалась беспрецедентной: УЕФА и все 55 национальных федераций, входящих в европейскую конфедерацию, объявили о бойкоте турниров под эгидой ФИФА. Под колоссальным давлением Инфантино был вынужден пойти на попятную и отказаться от идеи продажи доли в правах на чемпионат мира. Однако «откат» не принес мира. В УЕФА прямо заявили: нынешнее руководство потеряло доверие не только Европы, но и огромной части мирового футбольного сообщества.
История знает примеры, когда лидеры уходили в тень, но Инфантино, пришедший на смену скандально известному Йозефу Блаттеру, казалось, чувствовал себя в безопасности. Он дважды переизбирался без конкуренции — в 2019 и 2023 годах, и уже заявлял о планах на четвертый срок в марте следующего года. Но сегодня его позиции шатаются так, как никогда прежде. Чтобы попытаться потушить пожар, Инфантино созвал экстренную встречу функционеров в Марокко, в Рабате, но масштаб проблемы явно выходит за рамки одной дипломатического сессии.
Кто же стоит за этим «восстанием машин»? Главным оппонентом выступила Европа. УЕФА выдвинула ультиматум: либо отставка, либо вотум недоверия. Как сообщает The Telegraph, 55 европейских стран готовы инициировать процедуру отстранения президента. По правилам, для этого УЕФА достаточно заручиться поддержкой 43 стран из 211 членов ФИФА. Европейские ассоциации обвиняют Инфантино в тотальной непрозрачности: в письме к своим членам конфедерация подчеркнула, что столь судьбоносные реформы нельзя проводить в закрытых кабинетах, без диалога с заинтересованными сторонами.
Разрушение «внутреннего круга» Инфантино стало еще более болезненным. Его ближайший советник Карлос Кордейро покинул пост, назвав проект «плохой сделкой для футбола» и подчеркнув, что финансовая неоправданность инициативы очевидна. Не менее жестко высказался и главный операционный директор Кевин Ламур, обвинив президента в обмане собственных сотрудников. По его словам, Инфантино скрывал детали плана продажи прав на ЧМ от команды, фактически превратив стратегический проект в «дело одного человека». Генеральный секретарь ФИФА Маттиас Графстрём и вовсе назвал происходящее «печальной и достойной порицания чередой событий», открыто призвав швейцарца уйти.
Даже давние союзники начинают отдаляться. Азиатская конфедерация (AFC) выразила глубокое недовольство отсутствием консультаций и потребовала пересмотра правил управления. А принц Али бин Аль-Хусейн, президент Футбольной ассоциации Иордании, и вовсе перешел к тяжелой артиллерии, обвинив Инфантино в политическом шантаже: якобы ФИФА отказывалась помогать иорданцам с их проблемами, пока те не поддержали кампанию по переизбранию президента.
К списку претензий добавились и политические скандалы, включая дело Фоларина Балогуна, чью дисквалификацию отменили после звонка Дональда Трампа. Редакторы Reuters и The Guardian единодушны: мы наблюдаем самый глубокий кризис управления в ФИФА со времен реформ после эпохи Блаттера.
На поле протеста уже появились первые «отступники». Футбольная ассоциация Уэльса (FAW) первой направила официальную жалобу, за ней последовали Швеция и Сербия. Более того, The Times сообщает о подготовке «плана паралича»: УЕФА, АФК и КОНКАКАФ разрабатывают стратегию по блокировке заседаний Совета ФИФА и отказу от ратификации его решений. В крайнем случае, речь идет о создании альтернативных турниров — например, возрождении проекта глобальной Лиги наций, который УЕФА готовил еще в 2017 году.
Однако не все настроены на революцию. Южноамериканская конфедерация (КОНМЕБОЛ) заняла выжидательную позицию, запросив документы для детального изучения проекта и начав консультации с десятью своими федерациями. Они хотят знать юридические гарантии и то, как сделка отразится на их интересах. Океания (OFC) также призывает к диалогу, а не к резким движениям.
Ключевым фактором остается Африка. Лидеры Африканской конфедерации (CAF), такие как Фаузи Лекжаа и Хани Абу Рида, пока выражают поддержку Инфантино. Поскольку Африка контролирует почти четверть голосов ФИФА (54 из 211), без их молчаливого согласия или открытого протеста изменить расклад сил на Конгрессе 2027 года будет крайне сложно. Пока CAF не занимает официальной позиции, что мешает оппозиции сформировать абсолютное большинство.
Математика власти в ФИФА сурова: голоса распределены так, что даже единый фронт Европы (55 голосов) не может единолично диктовать волю организации. Но судьба Инфантино может решиться не на далеком Конгрессе, а на ближайшем заседании Совета ФИФА. Если 19 из 37 членов Совета (а коалиция УЕФА, АФК и КОНКАКАФ как раз обладает нужным весом) проголосуют за его отставку в течение двух недель, эпоха Джанни Инфантино может завершиться так же внезапно, как и началась. История футбольного управления может повторить сценарий 11-летней давности, когда мир увидел уход Йозефа Блаттера.
